Архитектор танцевальной драмы. Леонид Михайлович Лавровский (настоящая фамилия — Иванов) был не просто балетмейстером. Он был драматургом в движении, режиссером, который заставил танец говорить на языке Шекспира и Пушкина с той же страстью и глубиной, что и великая литература. Его главным творческим подвигом стало создание нового жанра — «драмбалета», где пантомима и танец слились воедино, а сюжет и характеры героев вышли на первый план.
Родившийся 18 июня 1905 года в Санкт-Петербурге, он с детства был погружен в мир искусства. Его отец, оставив завод, пел в хоре Мариинского театра, и маленький Леонид за кулисами слушал оперы с участием самого Шаляпина. Однако решающее влияние на него оказал не балет, а театр — режиссура Всеволода Мейерхольда, на репетициях которого молодой танцовщик постигал тайны построения мизансцен и развития образов. Именно этот режиссерский подход стал основой его будущих хореографических шедевров.
Восемнадцатилетний Лавровский, войдя в интеллектуальный круг своей первой супруги, балерины Екатерины Гейденрейх, где общались художники «Мира искусства» Александр Бенуа и Зинаида Серебрякова, начал страстное самообразование. Он изучал архивы, много читал, занимался музыкой, называя эти годы своими «университетами». Эта жажда знаний помогла ему стать не только постановщиком, но и тончайшим интерпретатором, способным проникать в суть литературного первоисточника.
Всю свою жизнь он совмещал огромную административную работу с педагогикой. Студенты ГИТИСа и Московского хореографического училища, где он преподавал, обожали его за принципиальность, требовательность и доброжелательность, считая каждый урок праздником. Он ушел из жизни 27 ноября 1967 года в Париже во время гастролей, оставив после себя не просто спектакли, а целую эпоху в балете.
Источник фото: balletmagazine.ru
